Новы нумар


Алесь Смалянчук. “Всюду господствует солдатчина…”. Бежанцы ў СССР прa пачатак нямецкай акупацыі Польшчы (снежань 1939 г.)


Агрэсія нацысцкай Германіі і сталінскага СССР супраць Польшчы ў верасні 1939 г. стала першым актам крывавай драмы Другой сусветнай вайны. Ваенныя дзеянні і раздзел Польшчы паміж Сталіным і Гітлерам выклікалі масавае перамяшчэнне насельніцтва. З тэрыторыі, што акупавала Германія, у СССР накіраваліся дзясяткі тысяч бежанцаў, большасць якіх складала яўрэйскае насельніцтва, а таксама прыхільнікі камуністычнай ідэалогіі і ахвяры сталінскай прапаганды. З абшараў СССР у Германію імкнуліся перабрацца этнічныя немцы, а таксама землеўласнікі, прадпрымальнікі, прадстаўнікі інтэлігенцыі Заходняй Беларусі, усе тыя, хто ў Савецкім Саюзе ўжо толькі ў выніку свайго паходжання трапляў у катэгорыю “ворагаў народа”.

Пра вялікі маштаб гэтых перасяленняў сведчаць гістарычныя дакументы. Так, напрыканцы лістапада 1939 г. сакратар Беластоцкага абласнога камітэта КП(б)Б С. Ігаеў паведамляў першаму сакратару ЦК КП(б)Б П. Панамарэнку, што па няпоўных звестках на 25 лістапада ў Беластоцкай вобласці знаходзіцца 43 449 бежанцаў, у тым ліку ў Беластоку – 32 362 чал. [1]. Партыйны чыноўнік прасіў дапамогі, сцвярджаючы, што Беласток не мае магчымасці забяспечыць бежанцаў нармальнымі ўмовамі пражывання і працай, а іх колькасць штодня расце.

Дакладную запіску С. Ігаева дапаўняла даведка, паводле якой бежанцы-яўрэі складалі 41 184 чал., а ў сацыяльным плане дамінавалі рабочыя, рамеснікі і службоўцы. Іх сітуацыя сапраўды была трагічнай, бо, як адзначалі ўкладальнікі даведкі: “Все беженцы размещены в городе в неблагоустроенных помещениях: люди спят на полу, в грязи, завелась ужасная вшивость. Все это грозит вспышкой в городе инфекционных заболеваний в массовом размере. Кроме того имеется угроза массовых заболеваний простудного характера в связи с тем, как указано выше, ок[оло] 4,5 тысяч человек размещены в холодных дачных помещениях” [2].

Аднак улады СССР не дазвалялі бежанцам пакідацьмежы Савецкай Беларусі [3], а іх перамяшчэнне з тэрыторыі Заходняй Беларусі на ўсход адбывалася вельмі павольна. Магчыма, адной з прычын было тое, што з бежанцамі “працавалі” супрацоўнікі НКУС БССР. Сярод іншага яны праводзілі апытанне апошніх прыбылых груп наконт нямецкай палітыкі на акупаваных тэрыторыях.

У былым фондзе ЦК КП(б)Б, які знаходзіцца ў Нацыянальным архіве Рэспублікі Беларусь, захаваліся “паведамленні” бежанцаў пра нямецкую акупацыйную палітыку на акупаванай тэрыторыі Польшчы. У прыватнасці, сярод архіўных дакументаў знойдзены “паведамленні” Полі Варгафцер, Полі Кварта, Ёнах Гуцер і Яніны Яворскай [4]. Ідэнтыфікаваць гэтыя асобы не атрымалася, але відавочна, што жанчыны былі прадстаўніцамі яўрэйскай і польскай супольнасці, магчыма, членамі былой Камуністычнай партыі Польшчы, сімпатызавалі савецкай ідэалогіі і крытычна ставіліся да палітычнага рэжыму ў Польшчы. Але ўласнае членства ў КПП засведчыла толькі Ёнах Гуцер. Паводле яе прызнання, у Польшчы яна знаходзілася з 1933 г. Паколькі жанчына не ўказала краіну, адкуль прыехала, можна выказаць меркаванне, што ў Польшчы яна апынулася па заданні пэўных савецкіх органаў.

“Паведамленні” надрукаваны на машынцы з пазнейшым выпраўленнем некаторых памылак друку алоўкам. Яны ўяўляюць сабой тэксты на даволі добрай рускай мове. Падобна на тое, што супрацоўнікі НКУС запісвалі гэтыя ўспаміны ва ўласным пераказе пасля размоў з бежанкамі.

Аповеды бежанцаў даюць інфармацыю пра пачаткі нямецкага пераўтварэння Польшчы ў вялізны канцэнтрацыйны лагер пад шыльдай “Генеральнага губернатарства”. Ва ўспамінах дамінуюць тэмы антысемітызму, рэпрэсій і гвалту з боку нямецкай ваеншчыны, якая імкнулася жорсткімі рэпрэсіямі супраць цывільнага насельніцтва зламіць верагодны супраціў акупантам. Геаграфія “паведамленняў” датычыцца цэнтральнай (Варшава і наваколлі, Лодзь, Каліш), а таксама паўднёвай Польшчы (сучаснае Шлёнскае ваяводства).

Як і ў кожным іншым гістарычным дакуменце, у дадзеным выпадку мы не маем поўнай і аб’ектыўнай карціны таго, што адбывалася на акупаванай тэрыторыі. Сведкі пераказвалі тое, што бачылі самі, а таксама (часцей) тое, што даведаліся ад іншых асобаў. Відавочныя іх заклапочанасць трагічным лёсам свайго народа і імкненне зрабіць добрае ўражанне на супрацоўнікаў НКУС. Таксама варта адзначыць, што тагачаснае сяброўства СССР і гітлераўскай Германіі не разглядалася імі ў доўгатэрміновай перспектыве.

У публікацыі пераважна захаваны мова, арфаграфія і пунктуацыя дакумента. Папраўлены толькі найбольш відавочныя памылкі друку і пунктуацыі. Пры напісанні загалоўка, імёнаў і прозвішчаў захаваны асаблівасці дакумента. Скарачэнні ў тэкстах (за выключэннем агульназразумелых) расшыфроўваюцца з дапамогай тэксту ў квадратных дужках.

Алесь Смалянчук (Варшава)

Сообщения беженцев, прибывших с бывшей территории Польши, занятой немцами [5]

В Варшаве большинство фабрик не работает. У Лильпопа [6] работает автомобильный цех. Кончают сборку автомобилей и вывозят их в Германию. Остальные цеха стоят. Зарплата понижена, слесарь, например, зарабатывает 1 злоты в час. Премии и аккордные ликвидированы. На некоторых разбомбардированых фабриках немцы заняли часть рабочих только для откапывания машин, как, например, у Кляймана [7]. Платят рабочим 5,5 злотых в день. За первые три недели не выплатили им ни гроша. Вообще, в Варшаве рабочие не работают. Господствует ужасная нищета. Почти все 100% евреев – безработные. С нового года евреям не будет выдаваться право на промышленные патенты. Евреев избивали, ловили и ежедневно направляли на работу. На Наливках [8], 9 из одного дома арестовали 53 евреев и всех расстреляли за то, что еврей-спекулянт из этого дома убил полицейского. В городке около Гарболина [9] приказали 30 евреям выкопать себе могилу, после чего их расстреляли.

После прихода немцев в Варшаву сильно чувствовался антисемитизм среди польских рабочих (“Воля” [10]). Они помогали немцам в угнетении евреев. В последнее время волна антисемитизма среди польских рабочих спала в связи с тем, что положение поляков все ухудшается (немцы совершенно не дают хлеба, а работы нет).

Распространяются непроверенные слухи, что левая часть пепеэсовской молодёжи работает нелегально, называя себя как будто “Спартаковцами” [11]. Два месяца тому назад ППС [12] распространила воззвание на площади Керцелево [13], призывающее рабочих не солидаризироваться с немцами и не настраивать одну национальность против другой. В последнее время ППС расклеила воззвание в городе, что она как будто стоит на точке зрения старой Пилсудчины. В Варшаве выходит газетка “Польски неподлеглошовец [14]” – “Польски независимец”, кажется пепеэсовская.

Эндеки [15] не выступают теперь деятельно в борьбе с евреями. Декан адвокатского совета адвокат Новодворский [16] заявил, что теперь не время для борьбы с евреями.

Переход границы очень затруднен. Немцы из поездов всех высаживают, грабят вещи, деньги и немилосердно бьют евреев. Посты немецкие на самой границе довольно легко пройти.

Письмо Поли ВАРГАФТЕР

г. Белосток

* * *

Нет уголка в Польше, нет общественной прослойки, которая бы на своей спине не почувствовала бандитизм фашистского строя. Неуверенность в завтрашнем дне чувствуют не только польские рабочие, но даже и польская буржуазия. Отсутствует законодательство, суд, гражданская власть. Всюду господствует солдатчина. Армия убивает без поводов и без жалости гражданское население.

Вот факты из главных мест, откуда наши товарищи вынуждены убегать, едва спасая жизнь.

Домбровский угольный бассейн [17]. Тут с 4 сентября господствуют гитлеровцы. При известии о вхождении гитлеровцев в бассейн все мужское население убежало. Остались только женщины и дети, осталась и незначительная часть рабочих, которые создали охрану города. Полиция, местные власти и имущее население в панике оставили свои дома.

Первым делом гитлеровцев в бассейне был расстрел 29 человек, которых случайно нашли в помещениях судов. Другим их делом был поджег синагоги, в которой находились евреи, и поджег тюрьмы. Расстреляли рабочего за то, что он присматривался к пожару. Несколько еврейских лавок разбили, ограбили, товары были выброшены на улицу. Гитлеровцы обещали хорошо относиться к населению, но грозили, что если кто не вернется на работу, будет расстрелян за саботаж, а у имущих конфискуют имущество. Все безработные от 13 до 55 лет вынуждены регистрироваться, и высылаются в Германию на работу. Те, кто работает на месте, получают за три дня вместо пособия 13 злотых, при местной дороговизне люди обречены на голодное существование. Те, кто не желает ехать в Германию на работу, лишается пособия, а кто не регистрируется, подвергается наказанию, и ему грозит голодная смерть.

Не все шахты работают. Каждые две недели работает другая часть рабочих. Заработная плата на старом уровне при повышении цен в 10 раз. Введена карточная система. Ограничено количество вещей, которые можно иметь. Масла и др[угих] жиров нет. Все время массовая высылка вглубь Германии значительного количества рабочих. Политической жизни не чувствуется. Составлена охрана города для поддерживания связи с населением. Интересно, что охрана эта составляется чаще всего из бывших членов ЦЗГ [18] (Центральный профсоюз горняков).

На 11 ноября [19] были арестованы известные эндекские активисты (Народная демократия – черносотенная партия). На стенах были лозунги “Долой Гитлера с маргарином, идет Ридз-Смиглы с солониной”.

Этим ограничивалась политическая деятельностьпольской общественности. Зато гитлеровцы успели уже построить два концлагеря. Намечается полное физическое уничтожение бывших коммунистов и рабочих-активистов.

О пекле, которое пережили еврейские городки в Польше, уже наверное известно. Можно добавить горсть фактов из больших городов.

В последнее время гитлеровцы вывезли из Калиша [20] почти все еврейское население в закрытых вагонах в неизвестном направлении, разделяя жен от мужей, детей от родителей. Вид этих людей ужасающий. Это люди осужденные на пытки, без всякой надежды на легкую смерть. Комендант [21] Калиша является комендантом Лодзи и можно предполагать, что такая же судьба ждет еврейское население и в Лодзи.

Все евреи в Лодзи носят желтые заплаты на правом плече. За попытку избежать этого грозит смертная казнь, тяжелая тюрьма, денежный штраф. Ходить можно с 8 часов утра до 5-ти вечера. Чаще всего перед 5 часами ловят евреев, задерживают их на всю ночь в комиссариате, а назавтра приказывают целый день без еды работать. Женщин также берут на работу.

На Петриковской [22] улице (одной из главных улиц Лодзи) евреям нельзя ходить. Живущие там вынуждены бежать, чтобы как можно скорее быть у себя в доме. Товары в лавках, если не вывезены, то опечатаны, и нельзя под угрозой смерти что-нибудь тронуть. Каждый день оцепляется пара улиц и из квартир забирают все, что есть, обрекая людей на голодную смерть. Евреям не разрешается ни вырабатывать, ни покупать обувь. Еврейских рабочих на фабриках нет, а если кто-либо и остался, ему грозит увольнение. Ликвидированы народные школы для еврейских детей. Из средних школ выбросили всех еврейских учениц. Интересно то, что руководство школ извинялось перед ученицами, заявляя, что не по их вине учащихся выбрасывают из школы, утешало их, что не всегда так будет, и чтобы они дома учились.

Работает только одно кино, и туда евреям ходить нельзя.

Запрещена уличная торговля.

Среди польских рабочих сильно возмущение, хотя они считают, что при польской власти было не лучше. Вообще, не чувствуется абсолютно никакого патриотизма, стремления к независимости. Все ожидают Советов и помощи от них. На этом фоне существуют группы активистов –бывш[их] коммунистов, которые считают, что следует выдержать и подготовить почву для Советов.

Культурной и общественной жизни нет со стороны какой бы то ни было общественной организации.

Цены на низком уровне (хлеб 2 клгр. – 70 грошей, сахар – 1 зл. 40 гр.). Солонина всюду в Польше – 7–8 злотых; довоенная цена – 1 зл. 50 гр. Нет мыла, масла и др[угих] жиров. Формально в протекторате должно быть лучше, но фактически в Варшаве еще больш бесправия, чем всюду. Все евреи Варшавы от 12 лет под угрозой больших штрафов носят белые заплаты с голубым сионом в середине (в Кракове – желтые заплаты с голубой звездой). Каждая лавка также должна иметь звезду. Случаи избиения евреев все более учащаются. Бьют больш всего местные оэнэровцы [23]. Избиение евреев поляками имеет место только в Варшаве, в других местах этого не замечается.

В Варшаве на Наливках, 9 расстреляно 53 еврея.

Польская полиция дала присягу Гитлеру и относится к населению не лучше СА [24] (гитлеровские штурмовые отряды), грабит частные квартиры до последней нитки.

Кожи в Варшаве нет, вся вывезена.

Все живут в ожидании со дня на день чуда. 11 сентября серьезно говорили, что в Варшаве будут Советы.

Все радио отобраны. Не работают театры и кино. В городе грусть и апатия.

Никакая партия с Германией не сотрудничает. ППС создала маленькую законспирированную группу, стремящуюся к независимости Польши.

Издается от времени до времени политический бюллетень, информирующий о ситуации на фронтах и перспективе войны. Один раз появилось в незначительном количестве, почти незаметное на стенах Варшавы, воззвание ППС к трудящимся Варшавы с призывом не поддаваться настроениям и о дальнейшей борьбе с немецкой оккупацией. Это было единственное воззвание, которое до 10 декабря видели в Варшаве.

Выходит единственная газета “Курьер Варшавский” [25]. В Лодзи – только немецкая. Газеты ежедневно приносят бесстыдные сведения о все новых расстрелах евреев за отказ от работы, за самое слабое слово протеста. Первой жертвой в Варшаве была 24-летняя полька, студентка Затарска Стефания, которая сорвала плакат.

Настроение паническое. Каждый имеет приготовленный мешок на случай выселения из собственного дома.

Письмо ПОЛИ КВАРТА.

Быв[шая] политзаключенная в тюрьме Фордон [26].

15. ХII

* * *

Кроме ОНР и фаланги среди населения имеются антинемецкие настроения. ОНР сотрудничает с гестапо, приготовили гестапо программу гетто.

Население очень враждебно относится к немцам. В Карцеляке [27], напр[имер], (местность в Варшаве) не покажется ни один немецкий солдат.

Польское население видя, что преследование евреев не поправляет их положения, несколько изменило отношение к еврейскому населению в лучшую сторону. Польское население рассчитывало, что заберет еврейскую торговлю, но ошиблось в расчетах. Все еврейские лавки забраны немцами из Германии или из Лодзи и Поморья.

Освободительной деятельности нет. Вышел один номер “Вольность”, который ударил по полякам, пребывающим с немецкими солдатами и одна статья об отношении польского населения к еврейскому.

11 ноября было расклеено на стенах воззвание, призывавшее к тихому празднованию без больших собраний. Все польские школы были закрыты. Открыты немецкие народные школы, которые бойкотируются населением. Трамвайщики отказались принести присягу. Присягнули только 30 полицейских. В Варшаве был пущен слух, что будут расстреливать каждого поляка, который пойдет в правительство, соданное в Германии, и что существует уже освободительная террористическая организация, которая имеет своих курьеров и связывается с руководителями за границей. Арестов в Варшаве никаких не было. Только часто оцепляются улицы на Воли (рабочий район в Варшаве) и производятся обыски в каждом доме и квартире.

Известным является дезертирство из немецких войск. Очень часто из еврейских квартир забирают только мужскую одежду. Был издан запрет продажи немецким солдатам мужской одежды под угрозой смертной казни.

Очень много случаев расстрелов поляков, в том числе и женщин (расстреляны 3 польские женщины).

В Островце [28] и Мазовецком расстреляно 763 еврея – мужчины, женщины и грудные дети.

В Варшаве расстреляно 53 еврея из одного дома.

Вывезена вся мануфактура, галантерея, кожа. Забраны все машины у Лильпопа и Хемница и вывезены в Германию.

Письмо Ионах ГУТТЕР (женщина).

С 1923 года в комсомоле, с 1930 года в партии.

В Польше и в Варшаве с 1933 года.

* * *

Перед приходом немцев почти вся масса рабочих убежала вглубь края, больше всего за Енджеево [29] и дальше. Весь край был в походе на восток. В этом непрерывном потоке беженцев, бежавших от немцев, были и дети, и грудные младенцы, которые попросту умирали с голоду, так как нигде ничего нельзя было купить.

Поскольку фронт был прорван в сторону Завертья [30], то беженцы в своих скитаньях очень скоро натолкнулись на немцев. Немцы возвращали всех обратно. Занимая Польшу, немцы производили поджоги, когда проявлялся хоть слабый протест, а часто поджоги производились и без предлога. В Бендино [31] подожгли синагогу, в которой было полно евреев. Если кто-либо убегал от огня, в него стреляли из пулемета. Перед приходом немцев кто-то поджег тюрьму. Три человека из любопытства вошли в помещение тюрьмы, и они были немцами немедленно расстреляны. В старостве застали 29 человек, которых там расстреляли, не разбираясь поляк или еврей.

Местечко Щекочино [32], в котором большой процент жителей составляют евреи, немцы сожгли, оставив несколько домов, в которых жили поляки. Польское население вывешивало религиозные образа снаружи домов.

В Киях [33] (деревня за Енджеево) ксендз привлек крестьян к устройству баррикад для борьбы против немцев. Немцы за это сожгли пол[овину] деревни.

Сожгли немцы все местечко Пинчук [34], в котором также жило большинство евреев. Если в очередях за питанием вместе с поляками стояли евреи, их выбрасывали из очереди и били прикладами винтовок, а во многих случаях в них стреляли.

Во всей стране евреи обязаны бесплатно работать. Уклоняющимся грозит смерть. В Сосновице и Бендине стягивали с улиц евреев и вывозили на работу неизвестно куда.

В одной деревне за Щекочиным был, видимо, выстрел в немцев из-за угла. За это немцы взяли 14 или 16 заложников-крестьян и расстреляли их.

В Бендине и Сосновицах евреям угрожали тем, что они должны выселиться из этих городов, куда – не говорили. Евреи-богачи выплачивали контрибуции и им разрешалось оставаться до отзыва.

Когда Красная Армия занимала Западную Украину и Западную Белоруссию, рабочие Домбровского бассейна ждали, что Красная Армия продвинется дальше до старых границ России. Началось движение, громкие дискуссии на улицах, в очередях. Не считались с немцами. Говорили только о том, что “идут, идут”. Немцы забрали радио, но не во всех городах одновременно, так что рабочие передавали из уст в уста известия, услышанные по радио. Когда рабочие выражали свое стремление, чтобы Красная Армия пошла дальше, враждебные партии начали действовать на массы с тем, чтобы настроить враждебно к Красной Армии. Азоновцы [35] и эндеки распускали всякие небылицы, что Красная Армия плохо одета, грязная, не культурная, что красноармейцы не видели туалетного мыла и принимали его за шоколад, что они мясорубку считали какой-то игрой. Говорили, что красноармейцы нахальные, даже бьют и расстреливают. Чтобы сеять национальный антагонизм и раздувать антисемитизм, говорили, что во Львове правят сами евреи, что над поляками издеваются.

В эти бредни не все верили, но была некоторая часть, которая этим слухам верила. Рабочие в большинстве давали одпор этому.

В первые дни марша Красной Армии и оглашения демаркационной линии пепеэсовцы были возмущены и называли это новым разделом Польши, изменой и т. д. Только после наших пояснений, почему заняты эти места, а не вся Польша, когда мы их атаковали за политическую поддержку польской буржуазии они уходили и настраивались на ожидание Красной Армии со своим планом действий, который стал известен со слов рядовых пепеэсовцев. Их план действий был таков: поскольку существовала милиция, состоящая из членов профсоюза, а во главе этой милиции стояли члены ППС, то в случае прихода Красной Армии они станут во главе и легально возьмут власть при помощи Красной Армии. Что потом Красная Армия отступит, они создадут Народное правительство, дружественное СССР. Красная Армия им нужна была только для того, чтобы отодвинуть немцев. Мечтали о повторении 1918 года, чтобы немцы ушли из Польши без оружия, а они заберут его и сумеют действовать. Каким образом отступит Красная Армия, добровольно или вытесненая пепеэсовцами, они не говорили (речь идет о настроении пепеэсовцев в Домбровском угольном бассейне).

В то время, когда Красная Армия двигалась, троцкисты, ренегаты и провокаторы в бассейне начали организовываться в партию “коммунистическую”, готовили красные плакаты и нарукавники для милиции, создавали пятерки как будто красной гвардии. В местечке Челяди создали 5 ли 6 таких пятерок. Среди них шпионы из дефензивы [36], был Белявский (зять его декларант [37] из Березы). В Пясках [38] “главным махером” [39] был Вонторх – известный троцкист и ренегат. Шлибодин [40] организовал эти пятерки из шпионов и торговцев. Вонторх в Пясках выступал против СССР во время троцкистско-бухаринского процесса. Во время подписания Советско-германского пакта этот политический пройдоха говорил, что Гитлер и Сталин одинаковы и т. д. Когда Красная Армия продвинулась, он затих, потому что боялся, когда задержалась – повысил голос. И так все время.

Коммунисты остро выступали против этих ренегатов, создающих как будто партию. Перед 11 ноября озоновцы бросили лозунг, что будут в этот день выступления против Германии. Воззвания раздавались из рук в руки. В них выражалась надежда на создание Польши такой, какой она была перед этим. Приводились слова – “правительство Сосновского [41]” и т. п. Писали на заборах лозунги: “Долой Гитлера с маргарином, идет Смиглы с солониной” и популяризировали Смиглу. Пускали слух, что польские войска борются в Карпатах, что там создаются партизанские отряды и т. д.

Немцы арестовали в бассейне эндеков и озоновцев, потом отпустили. Огласили, что если будут анти-немецкие выступления, то будут репрессии – расстрел каждого десятого мужчины в тех местах, где будут плакаты.

После 11 сентября [42] в Гродице [43] и Бендине арестовано несколько студентов, директор шахты Жирвановский, совладелец Шаобинский, доктор Карш, арестовали ксендза, рабочего Эхo и др.

В Домброво [44] ходят слухи, что Лукасинский Лукаш (Леон Липский [45]) был в Домброво 3–4 дня (дома у матери его не было) с целью организации там партии. Правда ли это, не знаю.

Янина Яворская 13/12 – 39 г.


[1] Дзяржаўны архіў грамадскіх аб’яднанняў Гродзенскай вобл. Ф. 6195. Воп. 1. Спр. 5. Арк. 13.
[2] Тамсама. Арк. 15.
[3] Нацыянальны архіў Рэспублікі Беларусь (НАРБ). Ф. 4п. Воп. 1. Спр. 14369. Арк. 6.
[4] Выказваю падзяку гісторыку Вользе Івановай (Мінск) за дапамогу ў адшуканні гэтага дакумента.
[5] НАРБ. Ф. 4п. Воп. 1. Спр. 14779. Арк. 1–13.
[6] Завод Лильпопа (Lilpop, Rau i Loewenstein) быў найбольшым прамысловым прадпрыемствам Варшавы і лідарам польскай гаспадаркі ў галіне машынабудавання. Тут вырабляліся аўтамашыны, аўтобусы, лакаматывы, вагоны для чыгуначнага транспарту і трамваяў, розныя тыпы сельскагаспадарчай тэхнікі, рухавікі ды інш. З пачаткам нямецкай акупацыі прадпрыемства было канфіскавана і ўключана ў склад канцэрна Hermann Göring Werke. Пад час Варшаўскага паўстання (1944) немцы вывезлі ўсю тэхніку, дакументацыю і работнікаў, а пазней знішчылі ўсе прамысловыя збудаванні. Прадпрыемства не было адноўлена.
[7] Завод электрычнага абсталявання S. Kleiman i Synowie быў добра вядомы ў даваеннай Польшчы. У 1930-я г. тут працавала каля 300 работнікаў. Завод цалкам забяспечыў абсталяваннем электрыфікацыю Варшаўскага чыгуначнага вузла. З 1 студзеня 1939 г. фірма існавала як акцыянерная кампанія Krajowy Przemysł Elektryczny SKW Sp. Akc. Завод быў знішчаны ў час вайны.
[8] Вуліца Налеўкі (Nalewki) знікла з карты сучаснай Варшавы. Да вайны яна была адной з цэнтральных вуліц Паўночнага яўрэйскага раёна (Dzielnicy Północnej). Вуліца была разбурана ў час вайны.
[9] Прав.: Гарволін (Garwolin) – горад у Мазавецкім ваяводстве, за 60 км ад Варшавы.
[10] Воля (Wola) – раён Варшавы ў левабярэжнай частцы горада, населены пераважна рабочымі прамысловых прадпрыемстваў.
[11] Магчыма, узорам для варшаўскіх “спартакаўцаў” была леварадыкальная нямецкая арганізацыя “Спартак”, у якую ўвайшлі камуністы і левая частка нямецкіх сацыял-дэмакратаў. На чале “Спартака” былі Роза Люксембург (1871–1919) і Карл Лібкнехт (1871–1919). У студзені 1919 г. яны ўзнялі паўстанне ў Берліне з мэтай усталявання савецкай рэспублікі. Паўстанне было жорстка падаўлена.
[12] ППС – Польская партыя сацыялістычная (1892). Яе праграма сумяшчала пастулат нацыянальнай незалежнасці з праграмай сацыялістычных пераўтварэнняў. Да 1948 г. была адной з галоўных палітычных сіл у Польшчы. Партыя адноўлена ў 1987 г., аднак у палітычным жыцці Польшчы не адыгрывае прыкметнай ролі.
[13] Плошча Керцэля (plac Kercelego), або Керцэляк (Kercelak) – плошча ў варшаўскім раёне Воля, дзе да 1947 г. адбываўся актыўны гандаль. Сёння не існуе.
[14] Прав.: “Польскі непадлегласцёвец” (“Polski Niepodległościowiec”). Магчыма, гаворка ідзе пра лістоўку ППС.
[15] Гаворка ідзе пра членаў Нацыянальна-дэмакратычнай партыі (1897), у ідэалогіі якой дамінавала дактрына нацыяналізму. Яе выпрацоўка была звязаная з дзейнасцю лідара партыі Рамана Дмоўскага (1864–1939). У міжваенны перыяд нацыянальныя дэмакраты знаходзіліся ў апазіцыі да Ю. Пілсудскага і прыхільнікаў яго палітычнай лініі.
[16] Ян Эдвард Навадворскі (Jan Edward Nowodworski) (1876–1954) – польскі юрыст і палітык, член Нацыянальна-дэмакратычнай партыі. Пасля травеньскага дзяржаўнага перавароту 1926 г. партыя знаходзілася ў апазіцыі да кіроўнага рэжыму. Ян Навадворскі быў дэпутатам Сейма. Пад час нямецкай акупацыі ўваходзіў у Кансультацыйную Раду пры нямецкім камісары па рэарганізацыі адвакатуры (Beirat). Быў выгнаны з яе і пазбаўлены права займацца адвакацкай практыкай пасля пратэсту супраць выгнання яўрэяў з гэтай сферы. Дзейнічаў у антынямецкім падполлі. Пасля вайны вярнуўся да адвакацкай практыкі, але ў 1952 г. быў зноў пазбаўлены права гэтым займацца.
[17] Дамброўскі вугальны басейн (Zagłębie Dąrowskie) –рэгіён у заходняй частцы Малапольшчы, на мяжы з Верхнім Шлёнскам, сёння ўваходзіць у Шлёнскае ваяводства. Галоўныя гарады рэгіёна – Сасновец (Sosnowiec), Дамброва Гурніча (Dąbrowa Górnicza), Бэндзін (Będzin) і Чэлядзь (Czeladź). У міжваенны перыяд рэгіён уваходзіў у склад Келецкага ваяводства. У 1927 г. быў створаны Заверцянскі павет, а ў 1928 г. – Гродскі павет для г. Сасноўца. У 1937 г. здабыча каменнага вугалю ў рэгіёне складала 17% ад агульнапольскай.
[18] Цэнтральны Саюз шахцёраў у Польшчы (Centralny Związek Górniczy w Polsce) – агульнапольскі прафесійны саюз шахцёраў. Быў заснаваны ў 1919 г. У 1935 г. налічваў 35,5 тыс. сяброў.
[19] 11 лістапада адзначаецца свята незалежнасці Польшчы.
[20] Каліш (Kalisz) – горад на правах павета ў Велікапольскім ваяводстве, адзін з цэнтраў Калішска-Астроўскай прамысловай акругі. Напярэдадні Другой сусветнай вайны ў Калішы жыло больш як 80 тыс. жыхароў. Пад час нямецкай акупацыі горад быў далучаны да ІІІ Рэйха. У выніку рэпрэсій і высяленняў колькасць насельніцтва зменшылася да 20 тыс.
[21] Магчыма, гаворка ідзе пра Вернера Вэнцкага (Werner Ventzki) (1906–2004), адказнага за масавыя высяленні палякаў і яўрэяў, а таксама за ліквідацыю гета ў Лодзі. Пасля вайны пазбег судовага пераследу.
[22] Прав.: Пётркоўска вуліца (ul. Piotrkowska) – цэнтральная вуліца Лодзі, адна з найдаўжэйшых гандлёвых вуліц у Еўропе. У міжваенны перыяд уладальнікамі большасці будынкаў на ёй былі немцы і яўрэі. У лістападзе 1939 г. Лодзь была далучана да ІІІ Рэйха, увесну 1940 г. немцы назвалі горад Litzmannstadt, а Пётркоўскую вуліцу – Adolf Hitler Straβe. У лютым 1940 г. было створана гета, праз якое прайшло каля 200 тыс. чал. Яго жыхары загінулі ў лагерах Хэлмна (Chełmn nad Nerem) і Аўшвіца (Auschwitz-Birkenau), былі расстраляны ў лесе каля Люцмежа (Lućmierz). Гэты лес быў таксама месцам расстрэлаў польскай інтэлектуальнай эліты, якія распачаліся ў лістападзе 1939 г.
[23] Лагер нацыянальна-радыкальны (Obóz Narodowo-Radykalny) – крайне правая палітычная арганізацыя фашысцкага тыпу. Заснавана ў 1934 г., праз некалькі месяцаў забаронена ўладамі. Дзейнічала нелегальна. Яе праграма ў адносінах да яўрэйскага насельніцтва прадугледжвала пазбаўленне апошняга грамадзянскіх правоў і высяленне з Польшчы. У 1935 г. распалася на дзве арганізацыі, адной з якіх быў Нацыянальна-радыкальны рух “Фаланга”. Ключавыя элементы ідэалогіі гэтага руху – антысемітызм, нацыяналізм і антыкамунізм.
[24] СА (Sturmabteilung, SA) – ваенізаваныя або штурмавыя атрады НСДАП, якія выканалі вялікую ролю ў палітычным умацаванні нацысцкай партыі. У 1930 г. Гітлер асабіста ўзначаліў СА. Пасля прыходу нацыстаў да ўлады штурмавікі ператварыліся ў часткі дапаможнай паліцыі. Роля галоўных баевікоў НСДАП перайшла да СС (Schutzstaffeln, SS).
[25] “Кур’ер Варшаўскі” (“Kurier Warszawski) – штодзённая газета, якая выдавалася ў Варшаве з 1821 да кастрычніка 1939 г. Орган Хрысціянска-нацыянальнай партыі (Stronnictwо Chrześcijańsko-Narodowе).
[26] Турма “Фордан” у Быдгашчы з 1920 г. прызначалася для жанчын, якія мелі працяглыя тэрміны зняволення. Пад час нямецкай акупацыі тут таксама існавала турма для жанчын, якая лічылася адной з найбольш жорсткіх у рэгіёне. Да студзеня 1945 г. праз яе прайшло больш за 6 тыс. жанчын, у т. л. дзяячак падполля. Пасля 1945 г. у “Фордане” ўтрымлівалі жанчын, якія ўдзельнічалі ў антыкамуністычным супраціве.
[27] Гаворка ідзе пра згаданую плошчу Керцэля.
[28] Магчыма, гаворка ідзе пра Оструў Мазавецка (Ostrów Mazowiecka) – горад у Мазавецкім ваяводстве.
[29] Енджэева (Jędrzejewo) – вёска ў гміне Чарнкуў Чарнкоўска-Тжцянскага павета Свентакжыскага ваяводства.
[30] Заверце (Zawiercie) – горад у Шлёнскім ваяводстве. У 1939 г. быў далучаны да ІІІ Рэйха.
[31] Бендзін (Będzin) – горад у Шлёнскім ваяводстве, цэнтр павета. Нямецкія акупанты падпалілі сінагогу разам з вернікамі ў ноч на 9 верасня 1939 г. Частку вернікаў выратаваў ксёндз Мячыслаў Завадскі.
[32] Шчэкоцін (Szczekociny) – горад у Шлёнскім ваяводстве, цэнтр гміны ў Заверцянскім павеце.
[33] Кіе (Kije) – вёска ў Свентакжыскім ваяводстве, цэнтр гміны ў Пінчуўскім павеце.
[34] Прав.: Пінчуў (Pińczów) – горад у Свентакжыскім ваяводстве, цэнтр павета. Быў спалены нямецкімі акупантамі ўвосень 1939 г.
[35] ОЗОН (Obóz Zjednoczenia Narodowego) – палітычная арганізацыя, створаная па ініцыятыве кіраўніка дзяржавы Э. Рыдза-Сміглага ў сярэдзіне 1936 г. Гэта была спроба аб’яднаць прыхільнікаў палітычнага рэжыму г. зв. “санацыі” на падмурку права-кансерватыўнай палітычнай праграмы і з удзелам грамадскіх арганізацый, якія залежалі ад урада.
[36] Дэфензіва – так часта называлі ІІ аддзел Генеральнага штаба Войска Польскага, які займаўся разведкай і контрразведкай, а таксама барацьбой з палітычнымі праціўнікамі Польскай дзяржавы.
[37] Згаданая асоба была зняволена ў лагеры для палітычныхпраціўнікаў “санацыі” ў Бярозе Картузскай на Палессі і ўзамен за вызваленне падпісала дэкларацыю, у якой абяцала палітычную лаяльнасць.
[38] Пяскі (Piaski) – горад у Любельскім ваяводстве, цэнтр гміны ў Свідніцкім павеце. На пачатку нямецкай акупацыі ў Пяскахбыло створана гета, дзе размясцілі таксама яўрэяў з Любліна і Германіі. Усе яны загінулі ў лагеры смерці Бэлжэц (Bełżec).
[39] У значэнні ‘падманшчык, аферыст’. Слова прыйшло з мовы ідыш.
[40] Відавочна, гаворка ішла пра лакальных дзеячоў ППС.
[41] Прав.: Казімір Саснкоўскі (Kazimierz Sosnkowski) (1885–1969) – польскі вайсковец і палітык. У верасні 1939 г. камандаваў Паўднёвым фронтам. Міністр у эміграцыйным урадзе У. Сікорскага (1939–1940), Галоўнакамандуючы польскімі войскамі (1943–1944).
[42] Прав.: После 11 ноября…
[43] Гродзец (Grodziec) – сёння гэта раён г. Бэндзіна. У верасні 1939 г. – вёска, цэнтр гміны.
[44] Дамброва (Dąbrowa) – сёння гэта раён г. Катавіцы.
[45] Леан Ліпскі (Leon Lipski) (1902–1943) – дзяяч камуністычнага руху ў Польшчы, член ліквідаванай Камінтэрнам у 1938 г. Камуністычнай партыі Польшчы. З канца 1940 да чэрвеня 1941 г. знаходзіўся ў турме НКУС у Мінску. У час нямецкай акупацыі спрабаваў адрадзіць КПП. Быў застрэлены ў чэрвені 1943 г. у Варшаве сябрамі Гвардыі Людовай.

Наверх

Tags: , ,